22:14 

№243 (8): время переключаться

I-lang
Вообще-то сегодня я надеялась на обычную тренировку, теоретически выходила тренировка, так сказать, разгрузочная, а вышла! А вышла интересная.

Я как раз последние дни стала задумываться, что мои тренировки стали скатываться в некую рутину (пусть четырежды приятную), а описания тренировок стали каким-то скучными. Без огонька, веселья, радости.
Конечно, "будьте осторожны в мечтах: все они сбудутся - рано или поздно, так или иначе", ага.

Сегодня по стечению обстоятельств пришла пораньше и хотела пораньше отъездить.
На Кузю надеялась, но понимала, что на час раньше мне с ним вряд ли повезет. Но надеялась. Хотя пока переодевалась, уже видела маячавшее перед мысленным взором что-то вороное.
Как в воду глядела:
- Казбич, - сказала тренер, разминувшись со мной на пороге раздевалки.
Некое мгновение поколебавшись, я все же спросила:
- Аааа...
- Ты справишься, - уверила меня тренер.
- ... уже поседлан? Конкурка?
- Да.
- А можно на выездку?
- Можно.

Пока переседлывали, пока я, еще мысленно будучи в дороге (переключиться не успела), роняла в деннике перчатки, успела подумать, что как бы это, может быть, неспроста. И есть вероятность, что я буду летать, как эти перчатки...
Но вывелись. Как бы ни здорово мне было ездить на Кузе, а переключаться очень полезно.

Я пошагала, потихоньку начала переключаться на Казбича, его особенности, и выездку.
Начали рысить. Я полностью сосредоточилась на самоощущении и поисках контакта с лошадью.
В манеже на этот час собрались еще Казбек (которого я записала в главные опасности), Ковчег (ответственен за эффект неожиданности (+10 к внезапности)) и Аджар с Грандом и Рогозом. Последнее трио я в принципе вообще не учитывала. Т.е. коэффициент их опасности я приравняла примерно к 0,0-0,1%.
Кто ж знал.

Ездим. Я отвлекаю Казбича от волн экспрессии Ковчега, внимательно слежу за дислокацией Казбека. Все нормально.
Где-то на пятом или третьем - сложно вспомнить - круге рыси, я поняла, что что-то там, сзади произошло (крики-топоты-нервная обстановка поспособствовали).
Казбич тут же попытался подхватить. Молниеносным движением руки (правой, что не важно в контексте рассказа, но для памяти не лишне) с внешним поводом организм без участия мозга скорректировал маршрут нашего совместного движения и погасил порывистый и необдуманный импульс лошадки.
"А, ну, ничего," - мысленно решила я. - "Сейчас перебесится, тот, кто там шебуршит, и начнем снова работу в штатном режиме".
Оборачиваюсь: Аджар высадил (скорее, наверное, даже просто потерял по дороге) своего всадника и пошел в разнос.
Но пока они там в другой половине манежа, мне особо беспокоиться нет повода.
Сейчас Муху поймают, и все станет на места.

Но Муха носится, в руки не дается, и, судя по всему, ситуация ухудшается.

Не помню, как мы с Казбичем вдруг оказались в следующем углу манежа. То ли он меня протащил потихоньку. То ли я его туда затолкала - в углу мне лошадь удобнее держать, чем по стенке.
И вот тут началось самое интересное: Муха прорвал "оцепление", и начал наворачивать круги по всему манежу.
- Аааааа!!! - паниковал Казбич подо мной, пытаясь куда-нибудь деться (хоть взлететь), но ни я, ни стенка перед его носом не поддавались.
Я триста тридцать раз успела поблагодарить себя за то, что решилась попросить выездковое седло, и тренера, что согласилась и помогла переседлать. И висела на то на одном, то на другом поводе, не давая Казбичу утечь в какую-нибудь сторону, когда мимо проносился Аджар - знала, что стоит только дать намек на прямую впереди, и я буду лететь. При этом не факт, что вместе с лошадью.
- Муха, иди, на, на, - увещевали второй тренер и ссаженый всадник.
Муха носился, словно ужаленный и не обращал на остальных никакого внимания.
Ковчег спасался бегством.
Казбек активно падал в обморок. Иногда - всеми четырьмя одновременно на метр над землей (наблюдая эту картину со стороны - как у меня еще внимания хватило в тот момент? - я успела еще раз обрадоваться, что сижу в выездке).
Гранд вроде бы тихо стоял в углу за нами, но себе за спину я почти не смотрела. Думаю, это можно понять.
Миша вообще исчез с поля зрения. Где он со своей всадницей переждал смутное время - до сих пор не знаю.


Это была пятиминутка, полная адреналина. И неизвестности.

Однако же, после пережитого, когда Аджара все же поймали объединенными усилиями, и я была зажата и напряжена в ожидании чего-то внезапного, бдила шорохи немного, страх мой очень сильно притупился. Т.е. я даже не боялась, а помнила, что в таких ситуациях я, вроде, обычно боюсь, потому, что знала, что, вообще-то стоит опасаться вот таких или вот таких моментов.
И все. Реального страха не было.
Я продолжила работу. Мыслей отстоять или пошагать где-нибудь по-тихому не возникало. (Возможно потому, что я знала: стоящая, скучающая лошадь - источник гораздо большей опасности, ее зацепить гораздо проще. А когда в движении, в работе, искушений меньше.)

Пыталась хорошо усесться в выездку. Удалось мне это очень нескоро, но все же удалось. Мне даже понравилось. Я в ней растеклась и прочувствовала и отработала толчки лошадиной спины на учебной рыси. Присиделась.

Поняла, о чем мне говорила сопрокатчица в прошлый раз: руки устали, Казбич висит.
Поняла в полном весе. Руки у меня отвалились примерно на десятой минуте тренировки. А мне еще желательно было ими не просто повод держать, а работать с лошадью.
Поняла, что последнее время Кузей управляю вообще практически пальцами. По сравнению с этим. Иногда дело доходило до чуть ли не подключения корпуса. Что бы дотянуть.
Ни о каком легком контакте речи не шло.

Я вольтов не делала. Вообще на сегодня забыла о таких фигурах. И прочих подобных.
Главное было - смягчить лошадь. Почувствовать контакт. Присидеться в седле. И остаться в нем.

Казбич же после перенесенного стресса просто попер. Может со стороны это смотрелось, как если бы лошадка просто оживилась, но мне казалось, что мы носимся на высоких скоростях.

Когда пришло время второй рыси, и тренер дала всем указание перебросить стремена и здить без них, я решила, как-нибудь в другой раз (т.е. я и так в выездке как бы, и так периодически езжу без стремян, и указание, я надеюсь, все же касалось больше народа на Гранде, Рогозе и Рифмаче - этот присоединился к нам как раз в разгар веселья и непосредственно перед его завершением). И потому поехала просто учебкой. Мне и так было чем заняться. А выкапывать себя из грунта, случись что, не хотелось.

Очень серьезно раздумывала над возможностью не галопировать. В конце концов решила, что раз меня отправили во второй смене с одним лишь Табором, то стану на вольт, и попробую поделать подъемы.
Хорошо, что все же решилась. Поняла, где мои косяки, где косяки Кузи. Потому что Казбич на мою команду поднимается легко, а Кузя - не всегда.
Один раз на этом вольту Казбич меня все же поймал, и с выпрыгом вперед и вверх утащил на стенку, видимо имея в виду коварный план погалопировать свободно и по прямой.
К своему собственному удивлению, даже не сильно разобравшись, что конкретно происходит, вернула лошадь на исходную, и снова подняла в галоп на вольту. Я даже при этом от седла почти не отделилась. Вот, что значит - выездка. Сажает, почти как на клей.
Хотя и я тоже не зациклилась на мысли: "ой, лошадка не слушается, я сойду". Есть во мне прогресс, есть.

Напоследок я еще успела поиграться на несколько приемов в "резиночку" и остановки\подъемы в рысь. На корпус Казбич как-то менее отзывчив Кузи сейчас. Хотя после пары повторений смягчился и переть сквозь повод при остановках стал меньше.

Понравилось ощущение "просаживания" в седло. Реально действует. Казбич тормозился. И не просто от того, что командуют комплексом повод\шлюс (так он может повиснуть себе на руке и переть дальше), а от того, что просто вынужден тормозить.

В общем, хоть и весело было. И без Кузи. Но зато очень полезно.
Время переключиться.

А к Кузе я так сегодня зашла, проведала, спинку почесала. Заяц балдел.

@темы: Учеба, Увлечения, Наблюдения, Мысли вслух, Лошади, Казбич, Ипподром, Животные, Для памяти

URL
   

Записки оборотня-конника из лаборатории по исследованию жизни

главная